Показаны сообщения с ярлыком fashion. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком fashion. Показать все сообщения
воскресенье, 24 ноября 2013 г.
понедельник, 26 июля 2010 г.
Стиляги Третьего рейха
В этой части речь пойдет о более аполитичной субкультуре «Swing-Kids» и «шлурфов», связанной с увлечением американским джазом. Репрессии против «шлурфов» и «свингующей молодежи» были не такими жестокими, как против «пиратов Эдельвейса», но к 1944 г. многие из них уже находились в специальных учреждениях, созданных для «перевоспитания трудом». Их отправляли в школы со строгим режимом, «лагеря трудового воспитания» для «асоциальных элементов» и даже в концлагеря. Например, 18 августа 1941 г. было арестовано 300 «Swing-Kids». В облавах участвовали подразделения гитлерюгенда, СА, гестапо. «Шлурфов» исключали из гитлерюгенда и насильно сбривали им длинные волосы. Всё это можно сравнить с репрессиями против стиляг в СССР, которых выгоняли из комсомола и институтов, некоторых даже осудили по 58 статье и отправили в лагеря.
«Свингующая молодежь» («Swingugend», «Swing-Kids») - это молодежная субкультура в нацистской Германии, на первый взгляд, совершенно аполитичная. Она появилась еще до войны, но власти смотрели первое время на любителей американского джаза «сквозь пальцы». Но открытое следование американской и английской моде в условиях войны выглядело откровенной демонстрацией неприятия Третьего рейха. Таких молодых людей называли «шлурфами» (от южно-немецкого слова «schlurfen» - «хлебать, чавкать») - то есть «тунеядцами». Так обзывали модно одетых бездельников 14-25 лет, которые не желали заниматься спортивной и военной муштрой гитлерюгенда. Еще их называли «Lotterboy» - «бездельники», «лодыри», так как им претила установка режима на трудовые подвиги во славу фюрера. «Шлурфами» были как молодые люди из рабочих семей, так и представители среднего класса. В Вене «шлурфы» появились как ответ на принудительное присоединение Австрии к Третьему рейху (аншлюс).
Власти хотели видеть всех молодых арийцев трудолюбивыми и подтянутыми.
Карикатура на бездельников «шлурфов»
В 1939 г. в крупных немецких городах появилась «Swingjugend» - «свингующая молодежь». Как правило, это были дети из буржуазных семей – школьники старших классов, студенты, молодые музыканты. Они увлекались американским джазом и танцами в стиле свинг, которые власти объявили дегенеративными, музыкой американских негров и евреев. В Бреслау (Вроцлаве) их называли «Свинг-группы» («Swing-Gruppen»), в Эссене - «Эссенские щеголи» («Essener Stenze»), в Гамбурге «Свингующая молодежь» («Swingugend»), «Клуб бездельников» («Lotterclub») или «Мальчики-лодыри» («Lotter-Boys»), во Франкфурте-на-Майне «Клуб Гарлем» («Harlem-Club»).
Плакат против «дегенеративной музыки»
Несмотря на внешнее сходство, костюм «шлурфа» был не просто стилем субкультуры, как zооt-suit в США до войны в среде итальянских, мексиканских и пуэрториканских иммигрантов (характер антимоды этот костюм приобрел только в 1942 г. - после введения указа в США об экономии ткани и пропаганды стиля «патриотический шик»), а а самого начала был символом оппозиции режиму Третьего рейха.
1. карикатура на американского "зута";
2. zoot-suit;
3. zoot-suit
4. джазовый музыкант Кэб Кэллоуэй, припев именно его песни породил кличку французских "зазу"
Это проявлялось, например, в принятых в их среде приветствиях: вместо официального «Heil Hitler!» они приветствовали друг друга « Heil Hottler!» (от «hott» - восклицания, которым понукают лошадь), вместо «Sieg Heil!» - «Swing Heil!». Иногда «шлурфы» выкрикивали на танцплощадке «Наци вон!». Могли и избить члена гитлерюгенда. Были даже массовые драки между свингюгенд и членами гитлерюгенда.
Гамбургские «Swing-Boys»
Облик «шлурфа» был антиподом официальному образу «правильного» немецкого юноши – «Swing-Boys» одевались «по-американски» (как им это представлялось) - «как не оденется ни один приличный немецкий юноша». Одежда стала формой отторжения общепринятых в Третьем рейхе норм (как во Франции мода стала массовой формой сопротивления оккупации). Они носили длинные двубортные пиджаки в клетку или «теннисную» полоску, с огромными плечами, широченные брюки с отворотами 10-15 сантиметров, ботинки на толстой подошве. Галстуки и шарфы, как и одежда в целом, должны были быть яркими, как «пожар в джунглях».
В каждом городе были свои особенности: в Гамбурге, который стал «колыбелью» движения «свингующей молодежи» благодаря тому, что там власть нацистов была слаба и это был открытый портовый город, носили темное пальто с белым кашне, белые с синим рубашки-поло с желтым воротничком, костюмы в клетку «Принц Уэльский», шляпу фасона «Хомбург». В Ганновере «свингюгенды» облачались в белые пыльники и широкополые шляпы типа «федора», длинные двубортные белые пиджаки.
Во Франкфурте-на-Майне модники носили галифе с белым свитером и цепочку от часов. В Берлине обязательны были белые брюки, тренчкот в стиле американских журналистов или пальто из верблюжьей шерсти. Волосы «шлурфы» и «Swing-Kids» отпускали как можно длиннее (до 30 см), смазывали их бриолином или сахарным сиропом. Русская эмигрантка Мария (Мисси) Васильчикова в своем знаменитом «Берлинском дневнике» записала (запись сделана в Берлине в июле 1942 г.) о своем брате Георгии Васильчикове (после переезда в Париж он будет участвовать в Движении Сопротивления): «Джорджи сейчас носит такие длинные волосы, что меня все призывают уговорить его подстричься. Он приобрел репутацию лучшего танцора в Берлине...» Эта запись является косвенным свидетельством того, что и в среде аристократов оппозиция нацистскому режиму принимала похожие формы.
Молодым модникам приходилось выкручиваться, чтобы в условиях военного дефицита быть стильными – пиджаки перешивали из отцовских, к ботинкам приклеивали старые резиновые подошвы. Ходили «шлурфы» нарочито расхлябанной походкой, изо уголка рта свисала обязательная папироса.
Немецкая карикатура на «шлурфа» и советская карикатура на «стиляг»:
С началом войны помимо увлечения американской культурой среди «шлурфов» началась англомания – целый год (с июня 1940 до июня 1941 г.) Британия боролась с Гитлером «один на один». Г. Гиммлер предостерегал против «опасного распространения англофильских тенденций». Англомания проявлялась и в жаргоне «свингующей молодежи» – английских словечках, которые они, как и советские стиляги, любили употреблять (Boys, Girls), и в том, что они называли друг друга английскими именами - «Фрэнк», «Бобби», «Билли», «Тедди», «Томми» (так, кстати, называли английских летчиков, как советских солдат «иванами»). Девушек (Swing-Girl) звали «Тедди», «Кока», «Микки», «Блэкки». В одежде англофильские настроения выражались в подражании министру иностранных дел «военного правительства» У. Черчилля Энтони Идену (1897-1977). Как и он, «шлурфы» носили шляпу «Хомбург». Шляпы такого фасона традиционно производились в Бад-Хомбурге, но в моду их ввел известный денди, законодатель мужской моды конца XIX - начала ХХ в. принц Уэльский, будущий король Великобритании Эдуард VII. В самой Англии шляпу такого фасона называли «Энтони Иден». Шляпа «Хомбург» была не только проявлением англомании, но и символом гражданской одежды, антиподом военной униформы.
Движение «Свингюгенд» началось в Гамбурге, где популярны были кафе и танцевальные школы, в которых играли негласно запрещенную «дегенеративную музыку» и танцевали только свинг. Самое известное среди них кафе «Heinze». Подобные заведения открывались и в других городах Германии. Эти кафе имели часто «английские» названия - «Harlem-Klub» во Франкфурте-на-Майне, «Энтони» (в честь Энтони Идена).
1. кафе "Хайнце" в Гамбурге;
2. танцующая пара середины 1930-х гг.
С 1939 г. в подобных заведениях устраивали танцевальные вечеринки, где играли американскую и английскую музыку. Кстати, с началом войны танцы в публичных местах были запрещены. На этих полулегальных танцевальных вечеринках собиралось от 5 до 600 человек. В феврале 1940 г. в Гамбурге они собирали 500-600 участников. В конце концов, власти запретили танцевать свинг.
Немецкие карикатуры на свинг и советская карикатура на танец стиляг.
Особая тема - «Swing-Girl», «Swing-Baby», «Swing-puppe» («куколки»), «Jazz-Katze» («Кошки»). Их поведение и облик были демонстративным неприятием нацистской женской политики. Мало того, что девушки из BDM облачились в скучную, откровенно не модную униформу, власти Третьего рейха пытались регламентировать повседневный быт и облик обычных женщин.
Нацисты пропагандировали образ «настоящей немецкой женщины» и «настоящей немецкой девушки», которая не курит, не пользуется косметикой, носит «трахт» и длинные юбки, волосы заплетает в косы или стягивает в скромный пучок. Нацисты не признавали женской эмансипации. Например, существовала квота в 10% на прием в университеты девушек-студенток. «Долг каждой здоровой женщины – подарить фюреру ребенка», а не учиться и делать карьеру. Гауляйтер Мюнхена Пауль Гислер на встрече со студентами университета в 1943 г. заявил: «Лучше бы вы рожали детей, чем забивать себе головы». За эти слова аудитория устроила ему обструкцию – студентки сняли туфли и стучали ими по спинкам скамей, не давая продолжить речь.
Белая блузка и скромный пучок – лучшее украшение арийской девушки.
Особенным нападкам нацистской пропаганды подвергался образ голливудской «женщины-вамп», который был популярен в Веймарской Германии: «Боевая раскраска более подобает примитивным негритянским племенам, но ни в коем случае не немецкой женщине и не немецкой девушке». Взамен пропагандировался образ «естественной немецкой женской красоты». Правда, нужно отметить, что эти требования не относились к немецким актрисам и звездам кино.
Во многих общественных местах еще до войны висели плакаты «Немецкая женщина не курит», запрещалось курить во всех партийных помещениях, в бомбоубежищах, а Гитлер планировал после победы запретить курение вообще. В начале 1941 г. Имперское объединение парикмахерских заведений приняло директиву, которая ограничивала длину женской прически 10 см. Так что прически из более длинных волос в парикмахерских не делали и могли даже укоротить слишком длинные волосы, если они не были убраны в скромный пучок или заплетены в косы.
Мисси Васильчикова в своем дневнике отметила (запись относится к ее работе в госпитале для летчиков люфтваффе в Вене весной 1945 г.): «Поскольку я еще не ухаживаю за ранеными, старшая медсестра... позволяет мне ходить без полагающегося по форме чепца. Но это уже вызвало протест: кое-кто из сестер заявляет, что у меня голливудские замашки. Сейчас в Германии, чтобы быть на хорошем счету, нужно выглядеть как комок глины! ... Достаточно того, что приходится привыкать обходиться без губной помады...»
Групповой портрет свингюгенд. 1940 г.
«Свингюгенд» были за свободную любовь. Девушки не хотели становится машинами для производства детей для фюрера, а хотели быть модными и сексапильными, как звезды Голливуда. В противовес официальным требованиям девушки носили длинные взбитые волосы, брюки или короткие юбки (до колена), ярко красили губы (любили оттенок «cyclamen lila») и ногти. Также любили носить темные солнечные очки в белой пластмассовой оправе, как и французские зазу. Они демонстративно курили сигареты с длинным мундштуком. Такое поведение во время войны считалось «асоциальным». Например, в 1944 г. во время следствия по делу об июльском покушении на Гитлера на жену одного из заговорщиков, графа Готфрида фон Бисмарка, донесли, что она «асоциальна» - красит ногти и завтракает в постели.
Карикатура на «Swing-Girl»
О немецких «детях свинга», как и о «пиратах Эдельвейса», долгое время после войны не вспоминали, а в СССР об этом вообще ничего не было известно. Но в последние годы эта тема вызывает интерес и в Германии (есть сайты, посвященные «Swingugend», танцевальные клубы, в Гамбурге проводятся фестивали, был поставлен мюзикл), и в России. Например, известный германофил музыкант и продюсер Олег Нестеров (группа «Мегаполис») написал роман-апокриф (или «винтажный роман») «Юбка» о свингюгендах в довоенной Германии. А американский режиссер Томас Картер снял фильм «Swing Kids» (1993), действие которого происходит в Гамбурге в 1939 г.
Взято с http://www.lookatme.ru/flows/moda/posts/92855-stilyagi-tretego-reyha
«Свингующая молодежь» («Swingugend», «Swing-Kids») - это молодежная субкультура в нацистской Германии, на первый взгляд, совершенно аполитичная. Она появилась еще до войны, но власти смотрели первое время на любителей американского джаза «сквозь пальцы». Но открытое следование американской и английской моде в условиях войны выглядело откровенной демонстрацией неприятия Третьего рейха. Таких молодых людей называли «шлурфами» (от южно-немецкого слова «schlurfen» - «хлебать, чавкать») - то есть «тунеядцами». Так обзывали модно одетых бездельников 14-25 лет, которые не желали заниматься спортивной и военной муштрой гитлерюгенда. Еще их называли «Lotterboy» - «бездельники», «лодыри», так как им претила установка режима на трудовые подвиги во славу фюрера. «Шлурфами» были как молодые люди из рабочих семей, так и представители среднего класса. В Вене «шлурфы» появились как ответ на принудительное присоединение Австрии к Третьему рейху (аншлюс).
Власти хотели видеть всех молодых арийцев трудолюбивыми и подтянутыми.
Карикатура на бездельников «шлурфов»
В 1939 г. в крупных немецких городах появилась «Swingjugend» - «свингующая молодежь». Как правило, это были дети из буржуазных семей – школьники старших классов, студенты, молодые музыканты. Они увлекались американским джазом и танцами в стиле свинг, которые власти объявили дегенеративными, музыкой американских негров и евреев. В Бреслау (Вроцлаве) их называли «Свинг-группы» («Swing-Gruppen»), в Эссене - «Эссенские щеголи» («Essener Stenze»), в Гамбурге «Свингующая молодежь» («Swingugend»), «Клуб бездельников» («Lotterclub») или «Мальчики-лодыри» («Lotter-Boys»), во Франкфурте-на-Майне «Клуб Гарлем» («Harlem-Club»).
Плакат против «дегенеративной музыки»
Несмотря на внешнее сходство, костюм «шлурфа» был не просто стилем субкультуры, как zооt-suit в США до войны в среде итальянских, мексиканских и пуэрториканских иммигрантов (характер антимоды этот костюм приобрел только в 1942 г. - после введения указа в США об экономии ткани и пропаганды стиля «патриотический шик»), а а самого начала был символом оппозиции режиму Третьего рейха.
1. карикатура на американского "зута";
2. zoot-suit;
3. zoot-suit
4. джазовый музыкант Кэб Кэллоуэй, припев именно его песни породил кличку французских "зазу"
Это проявлялось, например, в принятых в их среде приветствиях: вместо официального «Heil Hitler!» они приветствовали друг друга « Heil Hottler!» (от «hott» - восклицания, которым понукают лошадь), вместо «Sieg Heil!» - «Swing Heil!». Иногда «шлурфы» выкрикивали на танцплощадке «Наци вон!». Могли и избить члена гитлерюгенда. Были даже массовые драки между свингюгенд и членами гитлерюгенда.
Гамбургские «Swing-Boys»
Облик «шлурфа» был антиподом официальному образу «правильного» немецкого юноши – «Swing-Boys» одевались «по-американски» (как им это представлялось) - «как не оденется ни один приличный немецкий юноша». Одежда стала формой отторжения общепринятых в Третьем рейхе норм (как во Франции мода стала массовой формой сопротивления оккупации). Они носили длинные двубортные пиджаки в клетку или «теннисную» полоску, с огромными плечами, широченные брюки с отворотами 10-15 сантиметров, ботинки на толстой подошве. Галстуки и шарфы, как и одежда в целом, должны были быть яркими, как «пожар в джунглях».
В каждом городе были свои особенности: в Гамбурге, который стал «колыбелью» движения «свингующей молодежи» благодаря тому, что там власть нацистов была слаба и это был открытый портовый город, носили темное пальто с белым кашне, белые с синим рубашки-поло с желтым воротничком, костюмы в клетку «Принц Уэльский», шляпу фасона «Хомбург». В Ганновере «свингюгенды» облачались в белые пыльники и широкополые шляпы типа «федора», длинные двубортные белые пиджаки.
Во Франкфурте-на-Майне модники носили галифе с белым свитером и цепочку от часов. В Берлине обязательны были белые брюки, тренчкот в стиле американских журналистов или пальто из верблюжьей шерсти. Волосы «шлурфы» и «Swing-Kids» отпускали как можно длиннее (до 30 см), смазывали их бриолином или сахарным сиропом. Русская эмигрантка Мария (Мисси) Васильчикова в своем знаменитом «Берлинском дневнике» записала (запись сделана в Берлине в июле 1942 г.) о своем брате Георгии Васильчикове (после переезда в Париж он будет участвовать в Движении Сопротивления): «Джорджи сейчас носит такие длинные волосы, что меня все призывают уговорить его подстричься. Он приобрел репутацию лучшего танцора в Берлине...» Эта запись является косвенным свидетельством того, что и в среде аристократов оппозиция нацистскому режиму принимала похожие формы.
Молодым модникам приходилось выкручиваться, чтобы в условиях военного дефицита быть стильными – пиджаки перешивали из отцовских, к ботинкам приклеивали старые резиновые подошвы. Ходили «шлурфы» нарочито расхлябанной походкой, изо уголка рта свисала обязательная папироса.
Немецкая карикатура на «шлурфа» и советская карикатура на «стиляг»:
С началом войны помимо увлечения американской культурой среди «шлурфов» началась англомания – целый год (с июня 1940 до июня 1941 г.) Британия боролась с Гитлером «один на один». Г. Гиммлер предостерегал против «опасного распространения англофильских тенденций». Англомания проявлялась и в жаргоне «свингующей молодежи» – английских словечках, которые они, как и советские стиляги, любили употреблять (Boys, Girls), и в том, что они называли друг друга английскими именами - «Фрэнк», «Бобби», «Билли», «Тедди», «Томми» (так, кстати, называли английских летчиков, как советских солдат «иванами»). Девушек (Swing-Girl) звали «Тедди», «Кока», «Микки», «Блэкки». В одежде англофильские настроения выражались в подражании министру иностранных дел «военного правительства» У. Черчилля Энтони Идену (1897-1977). Как и он, «шлурфы» носили шляпу «Хомбург». Шляпы такого фасона традиционно производились в Бад-Хомбурге, но в моду их ввел известный денди, законодатель мужской моды конца XIX - начала ХХ в. принц Уэльский, будущий король Великобритании Эдуард VII. В самой Англии шляпу такого фасона называли «Энтони Иден». Шляпа «Хомбург» была не только проявлением англомании, но и символом гражданской одежды, антиподом военной униформы.
Движение «Свингюгенд» началось в Гамбурге, где популярны были кафе и танцевальные школы, в которых играли негласно запрещенную «дегенеративную музыку» и танцевали только свинг. Самое известное среди них кафе «Heinze». Подобные заведения открывались и в других городах Германии. Эти кафе имели часто «английские» названия - «Harlem-Klub» во Франкфурте-на-Майне, «Энтони» (в честь Энтони Идена).
1. кафе "Хайнце" в Гамбурге;
2. танцующая пара середины 1930-х гг.
С 1939 г. в подобных заведениях устраивали танцевальные вечеринки, где играли американскую и английскую музыку. Кстати, с началом войны танцы в публичных местах были запрещены. На этих полулегальных танцевальных вечеринках собиралось от 5 до 600 человек. В феврале 1940 г. в Гамбурге они собирали 500-600 участников. В конце концов, власти запретили танцевать свинг.
Немецкие карикатуры на свинг и советская карикатура на танец стиляг.
Особая тема - «Swing-Girl», «Swing-Baby», «Swing-puppe» («куколки»), «Jazz-Katze» («Кошки»). Их поведение и облик были демонстративным неприятием нацистской женской политики. Мало того, что девушки из BDM облачились в скучную, откровенно не модную униформу, власти Третьего рейха пытались регламентировать повседневный быт и облик обычных женщин.
Нацисты пропагандировали образ «настоящей немецкой женщины» и «настоящей немецкой девушки», которая не курит, не пользуется косметикой, носит «трахт» и длинные юбки, волосы заплетает в косы или стягивает в скромный пучок. Нацисты не признавали женской эмансипации. Например, существовала квота в 10% на прием в университеты девушек-студенток. «Долг каждой здоровой женщины – подарить фюреру ребенка», а не учиться и делать карьеру. Гауляйтер Мюнхена Пауль Гислер на встрече со студентами университета в 1943 г. заявил: «Лучше бы вы рожали детей, чем забивать себе головы». За эти слова аудитория устроила ему обструкцию – студентки сняли туфли и стучали ими по спинкам скамей, не давая продолжить речь.
Белая блузка и скромный пучок – лучшее украшение арийской девушки.
Особенным нападкам нацистской пропаганды подвергался образ голливудской «женщины-вамп», который был популярен в Веймарской Германии: «Боевая раскраска более подобает примитивным негритянским племенам, но ни в коем случае не немецкой женщине и не немецкой девушке». Взамен пропагандировался образ «естественной немецкой женской красоты». Правда, нужно отметить, что эти требования не относились к немецким актрисам и звездам кино.
Во многих общественных местах еще до войны висели плакаты «Немецкая женщина не курит», запрещалось курить во всех партийных помещениях, в бомбоубежищах, а Гитлер планировал после победы запретить курение вообще. В начале 1941 г. Имперское объединение парикмахерских заведений приняло директиву, которая ограничивала длину женской прически 10 см. Так что прически из более длинных волос в парикмахерских не делали и могли даже укоротить слишком длинные волосы, если они не были убраны в скромный пучок или заплетены в косы.
Мисси Васильчикова в своем дневнике отметила (запись относится к ее работе в госпитале для летчиков люфтваффе в Вене весной 1945 г.): «Поскольку я еще не ухаживаю за ранеными, старшая медсестра... позволяет мне ходить без полагающегося по форме чепца. Но это уже вызвало протест: кое-кто из сестер заявляет, что у меня голливудские замашки. Сейчас в Германии, чтобы быть на хорошем счету, нужно выглядеть как комок глины! ... Достаточно того, что приходится привыкать обходиться без губной помады...»
Групповой портрет свингюгенд. 1940 г.
«Свингюгенд» были за свободную любовь. Девушки не хотели становится машинами для производства детей для фюрера, а хотели быть модными и сексапильными, как звезды Голливуда. В противовес официальным требованиям девушки носили длинные взбитые волосы, брюки или короткие юбки (до колена), ярко красили губы (любили оттенок «cyclamen lila») и ногти. Также любили носить темные солнечные очки в белой пластмассовой оправе, как и французские зазу. Они демонстративно курили сигареты с длинным мундштуком. Такое поведение во время войны считалось «асоциальным». Например, в 1944 г. во время следствия по делу об июльском покушении на Гитлера на жену одного из заговорщиков, графа Готфрида фон Бисмарка, донесли, что она «асоциальна» - красит ногти и завтракает в постели.
Карикатура на «Swing-Girl»
О немецких «детях свинга», как и о «пиратах Эдельвейса», долгое время после войны не вспоминали, а в СССР об этом вообще ничего не было известно. Но в последние годы эта тема вызывает интерес и в Германии (есть сайты, посвященные «Swingugend», танцевальные клубы, в Гамбурге проводятся фестивали, был поставлен мюзикл), и в России. Например, известный германофил музыкант и продюсер Олег Нестеров (группа «Мегаполис») написал роман-апокриф (или «винтажный роман») «Юбка» о свингюгендах в довоенной Германии. А американский режиссер Томас Картер снял фильм «Swing Kids» (1993), действие которого происходит в Гамбурге в 1939 г.
Взято с http://www.lookatme.ru/flows/moda/posts/92855-stilyagi-tretego-reyha
четверг, 22 июля 2010 г.
CРАЗУ ПОСЛЕ ВОЙНЫ (40-ые - нач.50-ых)
"ЗУТИЗ (ZOOTIES)"
Zoot Suit
Название этой «черной» субкультуры происходит от одежды. Zoot Suit - костюм с длинным пиджаком (как правило в черную или синюю полоску) и узкими брюками. Костюм этот в начале сороковых годов считался экстравагантным, cтоил довольно дорого, шили его только на заказ. Выйти в нем на улицу считалось особым шиком: обладатель сразу поднимался в глазах своих друзей на недосягаемую высоту. Для негритянской молодежи, лишенной гражданских прав, само обладание таким костюмом считалось «немым» вызовом белому сообществу. И впервые на уличных углах, у кофейных лавок появляются группы зутиз - исторически первая городская молодежная субкультура. Их мир подробнейшим образом описан в «Автобиографии Малькольма Икса», главном источнике по этой теме.
Волосы зутиз были выпрямлены с помощью химии. Таким образом, Малькольм Икс и многие другие молодые афро-американцы бросали вызов стандартам белой моды. Именно Zoot Suit стал отправной точкой в «черном» Dressing Up, стилевом направлении, которое позднее в западной антропологии назовут «воплощением сущности черной городской Америки».
Интересно, что одним из отличительных признаков первой «черной» субкультуры стал именно мужской костюм. Немецкий исследователь Дж.Флегель в свой книге «Психология Одежды» использует термин «Великое Мужское Самоотречение». В конце восемнадцатого века, cразу после Французской Революции, подавляющее большинство белого мужского населения на Западе стало носить строгий, деловой костюм как вызов всему фривольному и экспериментальному. Cо временем он стал воплощением конформизма, прагматизма, символом рабочей этики и отношения к окружающему миру. Консерватизм уличного стиля символизировал полный отказ мужского европейского населения от стремления выделяться среди себе подобных. С изменениями лишь внешнего порядка стиль этот благополучно просуществовал до сороковых годов нашего столетия. «Зутиз» же пошли наперекор белому «Самоотречению». Их cтиль стал признаком этничности (этнической принадлежности), и этнической мужественности - «субкультурный жест молодых людей, отказывающихся признавать свое соответствие нормам доминирующей культуры».
Субкультура «зутиз» получили свое распостранение не только в среде афро-американцев, но и среди мексиканцев, осевших в Южной Калифорнии в 30-40-ые годы. Быстро осознав, что в культуре «Великой Американской Мечты», в стране «равных возможностей» им отведено одно из последних мест, эти «Пачукос» стали демонстративно носить Zoot Suit - символ своей новой субкультурной гордости и бунта. Но, поскольку колонии «Пачукос» были достаточно малочисленны (в силу ряда причин, как экономических, так и политических, американские мексиканцы до сих пор остаются невидимым, нелегальным меньшинством), их вклад в формирование культуры «зутиз» был незначителен. Для «черных зутиз» не только одежда служила признаком «наоборотности», но и музыка - все популярные джазовые музыканты тех лет ходили в таких костюмах. А значение джаза - звукового воплощения «черной души» - как одного из «культурных» зеркал, средства ненавязчивой, спонтанной рекламы ценностей и установок первых «черных» субкультур, трудно переоценить. В 1941 году журнал New Yorker констатировал, что одежда «зутиз» стала самой модной среди белой молодежи Нью-Йорка. Гарлем впервые назвали законодателем уличной моды. Если учитывать, что журнал был ориентирован на представителей белого среднего класса, то нетрудно догадаться в чьи паруса задул, в скором времени, ветер.
Во время войны дело дошло до абсурда: в марте 1942 года был принят закон, сокращавший в мастерских расход шерсти на мужские костюмы до 26 процентов, поэтому ношение zoot-suit-а стало считаться непатриотичным, и даже незаконным. Культура «зутиз» обрела новое дыхание (в физике это называется сопротивлением материала). Запрет игнорировался, костюмы по-прежнему шили на заказ, только неофициально. Наплевательское отношение «черных» к войне, казалось, было выражено в этом костюме, поэтому ультраправые газеты обвиняли «зутиз» чуть ли не в измене Родины. В 1943 году в Южной Калифорнии и портовых городах произошел ряд столкновений, масовых драк между молодыми «зутиз» и белыми солдатами-матросами американской армии и флота. Как ответ на армейский беспредел, в июне 1943 года во многих крупных городах появляются первые негритянские и мексиканские организованные банды, взявшие прежде всего под охрану улицы в своих районах. Спустя сорок лет принадлежность к этим уличным бандам стала наиважнейшим элементом субкультуры «хип-хоп». В итоге то, что начиналось как массовое улучшение внешнего образа (Dressing Up), стало одним из отличительных признаков расовой принадлежности, клеймом сообщества и идеологическим заявлением. Стиль «зутиз» определил язык, униформу музыкантов. Это стало даже большим, чем простое желание «хорошо выглядеть». Как бы то ни было, средства массовой информации немедленно приступили к эксплуатации «образа». В конце 1943 года (как «голливудский символ» расового примирения) на экранах появился черный фильм «Stormy Weather», представлющий «зутиз» в лице певца Кэба Кэллоуэя.
Постепенно, с развитием cтиля би-боп, «зутиз» cходят на нет - черная молодежь бессознательно начала чувствовать обреченность старого образа, его бесполезность в плане реализации «альтернативности» по отношению к белой культуре. Впрочем, «зутиз» сыграли поистине революционную роль, заложив ту основу - знаковую символику воплощения мужской гордости, способов привлечь к себе внимание, что впоследствии развили многие субкультуры.
материалы взяты с http://www.leary.ru/
Подписаться на:
Сообщения (Atom)